КАМАЗ действовал на Украине строго в рамках закона

КАМАЗ действовал на Украине строго в рамках закона

 

В прошлом году КАМАЗ сумел сохранить продажи в России, несмотря на общее сокращение рынка. По прогнозам, в этом году рынок продолжит сокращаться, но КАМАЗ рассчитывает сохранить продажи на уровне прошлого года. Параллельно компания разрабатывает новую двухлетнюю программу оптимизации расходов, рассказал в интервью газете «Ведомости» гендиректор КАМАЗа Сергей Когогин.

Непростой для автопроизводителя оказалась и ситуация на Украине. До этого года КАМАЗ сформировал на Украине складской запас из 200 грузовиков «Евро-3» накануне введения в этой стране «Евро-4». С тех пор технику предприятие не завозило — продажи на украинском рынке резко упали, в том числе из-за девальвации гривны, затем сказалась политическая напряженность в стране. Как сообщалось ранее, КАМАЗ попытался вывезти с Украины 50 грузовиков для дальнейшей поставки в Казахстан, но они были остановлены неизвестными вооруженными лицами и захвачены. Вероятный ущерб в случае захвата всех складских запасов КАМАЗа на Украине, включая запчасти, прицепы, а также недвижимости  оцениваются в 1 млрд рублей, пишут «Ведомости.

По словам Сергея Когогина, технику пока вернуть не удалось. На сегодняшний день отрабатывается весь спектр возможных мер, идут контакты с украинской стороной. «Я бы пока воздержался от каких-либо заявлений на этот счет, чтобы не мешать переговорному процессу. Могу только заметить, что КАМАЗ действовал на Украине строго в рамках законодательства», - цитируют Сергея Когогина «Ведомости».

Мы реализовали в России в прошлом году более 38 000 машин. Я считаю, что это отличный результат. Наша доля выросла до 45%.

Сергей Когогин, гендиректор КАМАЗ

— Как вы оцениваете результаты КАМАЗА в 2013 году?

— В прошлом году КАМАЗ работал в очень непростых условиях. Но жесткие мероприятия по сокращению издержек, которые мы проводили, позволили опять сработать с чистой прибылью — по предварительным данным, она составит по МСФО примерно 4 млрд рублей. Еще не сведены позиции дочерних компаний, но это не уменьшит, а может, немного увеличит прибыль. Ожидаемая консолидированная выручка — около 110 млрд рублей.

Очень сильно повлиял на наши продажи переход российского автопрома на «Евро-4». Это уже другая себестоимость. Если по «Евро-3» все процессы на КАМАЗе были отлажены, была понятная маржа и мы зарабатывали, то при переходе на «Евро-4» объемов не хватало, чтобы поставщики могли оптимизировать свои цены. Но сейчас ситуация стабилизировалась.

В итоге мы реализовали в России в прошлом году более 38 000 машин. При наблюдаемой рыночной ситуации, сокращении общих продаж в стране я считаю, что это отличный результат. Наша доля выросла до 45%.

— Как вы в итоге выстраивали ценовую политику в связи с переходом на «Евро-4»?

— В прошлом году мы практически не повышали цены. Это произошло только в IV квартале (машины подорожали на 2,5-5%). КАМАЗ перестал получать убытки с автомобилей «Евро-4». Первое полугодие мы выживали в основном за счет полного привода — такие машины в России можно выпускать без нейтрализатора. С января 2014 года мы опять подняли цены — на 1,5-2%. Плюс изменили систему стимулирования дилеров, чтобы они чуть активнее работали. Конечно, мы очень серьезно работали и над издержками. Оптимизация цен поставщиков позволила нам в 2013 году сэкономить 4,5 млрд рублей.

— А как вы оптимизировали численность?

— КАМАЗ умеет делать это без социальных взрывов и потрясений. В рамках проекта оптимизации рабочего времени и повышения производительности труда мы добились того, что численность за 1,5 года сократилась более чем на 5000 человек, т. е. более чем на 10%. Было 48 000 человек, осталось около 42 000. Оптимизация численности коснулась всех категорий сотрудников, но прежде всего — управленческого звена. Управленческие расходы КАМАЗа были выше среднемировых по отрасли, теперь — на том же уровне: мы ушли с 7,2% от себестоимости на 5%. Также мы реализовали программу повышения энергоэффективности.

Все эти кирпичики подготовили нас к условиям работы «Евро-4», позволили получить прибыль без серьезного удорожания техники. В противном случае это, безусловно, привело бы к потере позиций на рынке.

— Вы заметили, что, если доля КАМАЗа на российском рынке растет. Какой, по вашему прогнозу, будет доля КАМАЗа в 2014 году?

— Мы рассматриваем несколько сценариев. По базовому мы предполагаем, что рынок грузовых автомобилей полной массой более 14 т составит 85 000 шт. Мы «заберем» 37 000-38 000 шт. Если критические явления продолжатся и произойдет обвал, то рынок составит только 52 000-55 000. Монополистами мы не станем, это невозможно. Но рост доли на рынке до 60% вполне реален.

— Вам на руку ослабление рубля? Конкуренты из числа иностранных автоконцернов повышают цены.

— Да. Сегодня практически все они объявили о повышении, кроме Scania, которая либо имеет хороший складской запас, либо серьезно захеджировала риски. Конечно, и у нас есть глобальные поставщики и закупки привязаны к иностранной валюте. Но КАМАЗу легче из-за того, что по всем ключевым компонентам мы сделали СП и добились хорошего уровня их локализации. Инвестиции продолжаются. СП с ZF Friedrihshafen, например, недавно ввело новый корпус, завезло оборудование, которое уже монтируется. Суммарные инвестиции в этот проект составят 90 млн евро. Причем наш партнер впервые согласился, что здание должно принадлежать СП. Обычно иностранные компании стараются не инвестировать в здания и сооружения в России — только в оборудование и людей.

— У КАМАЗа есть СП с Daimler по выпуску грузовиков. Вы говорили, что также обсуждается возможность создания новых СП. На каком этапе переговоры?

— Решения не приняты, но мы перешли в фазу не только идеологии, но и реальных расчетов. Daimler ничего не делает быстро. Это самая передовая компания, технологический лидер, и они не торопятся с принятием решений. Но сейчас уже конкретно изучаются факторы «за» и «против», риски, возможные инвестиции.

— В какую сумму может обойтись проект?

— Точной цифры нет. Пока базируемся на сумме инвестиций, которая была просчитана заранее, — 140-300 млн долларов в зависимости от степени локализации. Наша долгосрочная инвестпрограмма — 65 млрд рублей, с учетов девальвации рубля возникает вопрос, хватит ли этих денег для нашей части вложений. Но это увеличит нашу доходность. Посмотрим.

Фото ИТАР-ТАСС/ Руслан Шамуков