02 июн 2015

Оборонно-промышленная индустрия испытывает кадровый голод

 

Российские промышленные компании, как частные, так и государственные, вкладывают значительные средства в научно-исследовательские разработки и модернизацию производства. Это происходит в рамках общего движения страны в сторону строительства инновационной экономики, ухода от сырьевой модели. Одно из главных препятствий на этом пути — недостаток квалифицированных кадров.

20 лет назад самыми перспективными профессиями считались юристы и экономисты, спустя десятилетие — маркетологи и программисты, сегодня все хотят стать айтишниками и стартаперами. Мало кто мечтает стать фрезеровщиком, слесарем или токарем. Именно эти специальности наиболее востребованы сегодня в оборонно-промышленном комплексе. Нужны также высококвалифицированные инженеры-конструкторы, инженеры-технологи. Промышленность активно автоматизируется, что вызывает потребность в большем числе программистов. Особый случай — двигателестроительная отрасль. Там очень высокие требования к профессиональному уровню специалистов, длительный период врабатываемости. Почти невозможно найти и привлечь готовых специалистов, имеющих практический опыт конструирования газотурбинных двигателей. Поэтому предприятиям приходится заниматься поиском специалистов иногда и за рубежом либо выращивать их со студенческой скамьи. Кадровый голод в оборонно-промышленной индустрии острый. Во многом он вызван тем, что в 1990-е годы из-за глубокого кризиса в этой сфере на предприятия не шла молодежь, отсюда старение кадров плюс демографическая яма, образовавшаяся в то же время: рождаемость после развала Союза была очень низкой. Ситуация понемногу меняется, и школьники идут учиться на специальности, которые востребованы в ОПК.

Так, на КАМАЗе доля сотрудников в возрасте до 35 лет на сегодняшний день более 30%. В концерне «Калашников» средний возраст в 2013 году составлял 47 лет, а уже в начале 2015-го — 44 года. В начале текущего года доля сотрудников ОДК до 35 лет составляла 25,6%. «Росэлектроника» планирует омолаживать коллектив до 10% в год от общей численности персонала компании (38 тыс. человек), то есть будет набирать каждый год около 4 тыс. молодых специалистов. В холдинге «Технодинамика» доля специалистов в возрасте 18-25 лет составляет 19%, в то время как в 2011 году она не превышала 14%.

Мотивирует молодых людей возможность самореализации, использования полученных знаний на практике в крупных проектах на серьезных промышленных предприятиях. Впрочем, для тех, кто следует прагматичной логике, работают другие аргументы. Предприятия многое делают в социальной сфере: реализуют программы компенсации расходов на оплату детского сада, организуют детские оздоровительные лагеря, санаторно-курортное лечение и отдых сотрудников. Ростех приступает к реализации масштабной программы по обеспечению сотрудников жильем. Компании, входящие в Ростех, смогут направить на улучшение жилищных условий сотрудников около 2 млрд руб. до конца текущего года. Участниками корпоративной программы как раз станут квалифицированные специалисты наиболее востребованных профессий, в которых испытывается кадровый дефицит.

Но есть и другая проблема: по мнению собеседников «Коммерсанта», преподаваемые сегодня в вузах практические знания и навыки существенно отстают от требований передовых предприятий, использующих современные ИТ.

Компании, входящие в Ростех, смогут направить на улучшение жилищных условий сотрудников около 2 млрд руб. до конца текущего года

Российская система образования обладает определенной инертностью, которая мешает тому, чтобы на рынке труда вовремя появлялись специалисты, владеющие нужными современными технологиями. Методы контроля качества образования работают по быстро устаревающим требованиям. Пока образовательные учреждения внедряют, адаптируются и начинают использовать новые стандарты, они уже начинают отставать от тех достижений современных информационных технологий, которые появляются на рынке. В результате, по словам заведующего кафедрой новых медиа и теории коммуникации факультета журналистики МГУ Ивана Засурского, сейчас очень многие позиции остаются незаполненными потому, что не удается найти правильных специалистов. Это характерно для любой высокотехнологичной отрасли, которой, безусловно, является и оборонная промышленность.

Для решения этой проблемы Ростех активно взаимодействует с вузами. На данный момент корпорацией заключены соглашения о сотрудничестве более чем с 200 вузами, создаются базовые кафедры для подготовки специалистов. Кроме того, в Ростехе прорабатывается вопрос объединения бюджетов предприятий на образовательные цели и создания единого центра обучения — корпоративного университета, где можно будет внедрять ведущие мировые практики. Сотрудничая с вузами, решают проблему подготовки и другие промышленные предприятия. Но дефицит кадров при этом сохраняется.

Эксперты отмечают, что необходимо усиливать связи вузов с работодателями. Например, по словам Ивана Засурского, проект «Востребованное образование»  предполагает, что работодатели будут формулировать запрос на решение актуальных проблем своего бизнеса, социальных и практических задач в виде тем для проведения конкурсов учебных и дипломных работ. В следующем учебном году начиная с сентября больше десяти вузов примет участие в пилотном, добровольном этапе проекта. Работы выпускников будут опубликованы, а их учащиеся смогут с помощью учебной работы построить себе карьеру — хотя бы в виде практики или стажировки, бюджетных мест в аспирантуре или гранта на продолжение исследований. «Развитие электронных систем для студентов, в том числе для публикации научных работ, безусловно, сдвинет процесс в лучшую сторону», — резюмирует Антон Меркуров, эксперт Institute for State Ideologies.

Близко к провалу

Отдельная категория сотрудников, которая очень нужна «оборонке», — специалисты в области информационных технологий по самым разным направлениям. Сегодня невозможно выпускать современную промышленную продукцию без интенсивного внедрения ИТ в процессы разработки и производства. Поэтому достижение цели новой индустриализации невозможно без перевода в цифровой формат инженерно-конструкторской, производственно-технологической и финансово-экономической деятельности высокотехнологичных предприятий. «К сожалению, руководство промышленных предприятий относится к ИТ не как к стратегической задаче изменения технологического уклада и перехода к новому формату деятельности, а как к второстепенному фактору производства», — отмечает Владимир Рубанов, член общественного совета при Минпромторге РФ. По его словам, топ-менеджеры слабо представляют роль, место и возможности ИТ, а также требования к соответствующей реорганизации предприятия и подготовке кадров при их внедрении. Это требует включения в образовательный стандарт для руководящих кадров компетенции заказчика информационных технологий и систем производственного назначения.

Это критически важная задача, ведь промышленные предприятия сейчас часто работают на устаревших системах, что повышает риск подвергнуться нападению хакеров. В XXI веке задачи ОПК во многом переместились в область кибернетической безопасности. «Для повышения обороноспособности и в том числе кадровой безопасности страны предприятия ОПК должны не только формировать заказ, но и предугадывать его на будущее. Сегодня большой акцент в этой сфере стоит на машиностроении (двигатели, летательные аппараты, спецтехника), последние конфликты показали, что война будущего — это в первую очередь кибербезопасность», — говорит Антон Меркуров. В эту сферу, по его словам, попадают как защита стратегических объектов, так и наступательные функции. Если раньше нам нужны были солдаты на поле боя, то в ближайшем будущем воевать они будут, не выходя из-за компьютера. И задача государства в этой сфере — обеспечить привлекательные рабочие места и формулировать задачи, нацеленные на развитие собственных продуктов для защиты.

В идеале в каждой автоматизированной системе управления (АСУ) материальными и людскими ресурсами уже должны быть встроены средства кибербезопасности. В устаревших решениях их, конечно, нет. При этом ущерб от неправильной работы таких систем, от последствий их взлома может быть огромен. К примеру, подобные АСУ, которые в XXI веке все чаще становятся мишенью кибертеррористов, используются на критически важных объектах: транспортных узлах, АЭС, ТЭС, ГЭС, на крупных производственных предприятиях и т. п.

Одной из причин дефицита качественных ИТ-специалистов на производствах является наследство системы рекрутинга, ориентированной на несколько вузов, у которых есть соответствующие базовые кафедры

В большинстве случаев такие АСУ построены на программно-аппаратном обеспечении зарубежного производства, которое, как говорят эксперты, во-первых, не является доверенным, во-вторых, имеет множественные уязвимости. На всем жизненном этапе АСУ — от проектирования до эксплуатации — задействованный в процессах персонал ввиду не очень высокой компетенции и отсутствия специальных знаний может допускать существенные ошибки, что негативно сказывается на защищенности подобных систем. Во многом подобная ситуация складывается ввиду отсутствия систематизированной подготовки кадров.

Эта проблема касается не только предприятий ОПК, но также и других системообразующих отраслей российской экономики, например нефтегазовой и электроэнергетической. Учитывая особенный характер получаемых при обучении знаний и умений, связанный с двойным вариантом их применения, эта область образовательной деятельности должна иметь особый уровень контроля качества, говорят в Ростехе. Речь идет не о совершенствовании федерального контроля качества образования в области информбезопасности, а о создании дополнительной системы контроля, основанной на сертификации квалификационного уровня выпускников образовательных учреждений. Для этого необходимо создать комплекс сертификационных требований, определить совокупность доверенных независимых сертификационных центров и предоставить всем желающим возможности пройти испытания и подтвердить соответствующий сертификационный уровень. Разработка сертификационных программ должна вестись на основе создаваемых профессиональных стандартов в области информационной безопасности.

Помимо этого ни у кого не возникает сомнений в том, что нужно обязательно внедрять в сферу подготовки ИТ в России современные образовательные технологии. Есть и такое мнение, что необходимо использовать два вида образовательных программ на каждом уровне обучения: одна — для целевой подготовки обучаемых, выпускаемых на предприятия госсектора (национальная система сертификации), другая — для обучаемых, связавших свою карьеру с коммерческими предприятиями (международная система сертификации). Также нужно выстраивать продуманную кооперацию между образованием, наукой и промышленностью, которая должна формировать заказ на подготовку кадров.

В отличие от многих других областей информационной безопасности, в сфере кибернетической безопасности АСУ ТП критически важных объектов для качественной подготовки кадров требуются большие инвестиции в создание современных учебно-лабораторных баз и испытательно-диагностических лабораторий. Такое положение дел связано с дороговизной систем АСУ зарубежного производства (Siemens, ABB, Schneider Electric и т. п.), а также тем фактом, что для подготовки специалистов требуется работа не только с компьютерной системой, но и со сложной иерархической системой контроллеров, причем как на уровне разработки программного кода, так и на аппаратном уровне.

То есть компетенции профессионально-кадрового состава сферы ИТ в России сконцентрированы на решении задач локализации и адаптации импортных решений, программных продуктов и электронной техники, навыках программирования и системной интеграции. Однако, как подчеркивает Владимир Рубанов, сегодня общемировой вектор развития ИТ связан с умениями управления информацией, концептуального и логического моделирования и архитектурного проектирования сложных информационных систем. Ожидания от прорывов в сфере ИТ путем концентрации усилий только на индустрии программирования представляются неоправданными, так как успехи в сфере ИТ связаны со знанием предметных областей их применения, умением поставить и формализовать задачи для программирования. Это требует смещения образовательных программ от технических навыков программирования к умениям моделирования и формализации описания деятельности в предметных областях применения ИТ.

Как говорят в Ростехе, учитывая существующие проблемы с государственным финансированием бюджетных отраслей, можно прийти к единственному оптимальному решению на данный момент, связанному с формированием контингента обучающихся на бюджетной основе исключительно на основе государственного заказа с обязательным распределением выпускников в государственные учреждения. Подготовка специалистов для негосударственных организаций должна вестись на платной основе или при наличии компенсации затрат на обучение, если выпускник, прошедший обучение на бюджетной основе, по тем или иным причинам вынужден трудоустраиваться в негосударственную организацию.

«Подходы к организации научно-образовательных экосистем в случае с гражданским сектором и «оборонкой» действительно разные. И там, и там огромную роль сыграют системы открытой публикации и доступа к исследованиям, но в случае с «оборонкой» реализация потенциала этих систем упирается в уровни доступа. Понятна потребность в закрытии информации для «внешних» специалистов не только по принципу страновой принадлежности, но и вообще за рамками ОПК или конкретных концернов. Однако сам принцип открытого информационного обмена и конкурсного трудоустройства будет в итоге реализован и там, и там. А образовательные программы должны быть привязаны, на мой взгляд, к конкретным потребностям каждого сектора индустрии», — комментирует Иван Засурский.

Обмен разумов

Еще одной из причин огромного дефицита качественных ИТ-специалистов на производствах является наследство системы рекрутинга специалистов, ориентированной на несколько вузов, у которых есть соответствующие базовые кафедры по подготовке специалистов. «Вы не можете попасть на работу, к примеру, в ЦАГИ, если вы не учились там, где они набирают специалистов. Поэтому набор ограничен вузами, где такая возможность есть, и теми студентами, которые, поступая в вуз, уже знали, где они хотят работать. Люди из других вузов, даже если они хотят работать, не имеют шансов устроиться в оборонно-промышленный сектор, потому что нет системы рекрутинга, который бы позволил брать специалистов, которые компаниям действительно нужны», — поясняет Иван Засурский. По мнению эксперта, необходимо выстраивать систему рекрутинга по-новому, открывать входы в карьеру в ОПК и индустрии на новых уровнях. В ситуации экономического кризиса карьера в ОПК может оказаться интересным предложением для молодых людей, особенно в сочетании с программой поддержки в плане жилищно-бытовых условий. К сожалению, пока, по словам Антона Меркурова, «в короткой перспективе IT-образование в России — это в первую очередь билет в Европу или Силиконовую долину. В технологических вузах все еще сильное академическое образование, что до сих пор делает российских специалистов востребованными за рубежом».

Но, как говорилось выше, хорошие специалисты не всегда уезжают только из материальных соображений — большую роль играет возможность самореализации, шанс участвовать в интересном научном проекте в сотрудничестве с экспертами, у которых можно многому научиться. Сегодня одним из главных направлений совершенствования подготовки кадров, в частности, в сфере информационной безопасности является создание на базе ведущих учебных заведений современной лабораторной базы, которая позволила бы, во-первых, получить глубокие знания в данной области, а во-вторых, осуществлять качественную подготовку кадров самого различного профиля: проектировщиков, эксплуатационников и специалистов, в том числе в области кибернетической безопасности АСУ. Среди возможных путей за счет начального госфинансирования на базе ведущих вузов могут быть созданы коллективные центры прорывных решений в сфере ИТ (например, кибербезопасности), которые по материально-техническому оснащению находились бы на передовом мировом уровне и в перспективе за счет выполнения НИР и НИОКР смогли бы обеспечить свое последующее финансирование и развитие.

Кроме того, необходимо шире использовать возможности сетевого обучения, отмеченные в новом законе «Об образовании», которые позволят сконцентрировать усилия профессионалов из различных областей (техническая, финансово-экономическая, лингвистическая и др.) по ряду направлений подготовки в сфере ИТ для достижения максимального эффекта по уровню знаний и умений.

Леонид Хомерики для «Коммерсант. Business Guide».